Mark Twain "The Adventures of Tom Sawyer" / Марк Твен "Приключения Тома Сойера" – часть 2






She was half sorry her sagacity had miscarried, and half glad that Tom had stumbled into obedient conduct for once.
Она и огорчилась, что проницательность обманула ее на этот раз, и обрадовалась, что Том хоть случайно вел себя хорошо.

But Sidney said: "Well, now, if I didn't think you sewed his collar with white thread, but it's black."
Тут вмешался Сид: Мне показалось, будто вы зашили ему воротник белой ниткой, а теперь у него черная.

"Why, I did sew it with white! Tom!"
– Ну да, я зашивала белой! Том!

But Tom did not wait for the rest.
Но Том не стал дожидаться продолжения.

As he went out at the door he said: "Siddy, I'll lick you for that."
Выбегая за дверь, он крикнул: – Я это тебе припомню, Сидди!

In a safe place Tom examined two large needles which were thrust into the lapels of his jacket, and had thread bound about them – one needle carried white thread and the other black.
В укромном месте Том осмотрел две толстые иголки, вколотые в лацканы его куртки и обмотанные ниткой: в одну иголку была вдета белая нитка, в другую – черная.

He said: "She'd never noticed if it hadn't been for Sid. Confound it!
Она бы ничего не заметила, если бы не Сид. Вот черт!

Sometimes she sews it with white, and sometimes she sews it with black. I wish to geeminy she'd stick to one or t'other – I can't keep the run of 'em.
То она зашивает белой ниткой, то черной. Хоть бы одно что нибудь, а то никак не уследишь.

But I bet you I'll lam Sid for that. I'll learn him!"
Ну и отлуплю же я Сида. Будет помнить!

He was not the Model Boy of the village. He knew the model boy very well though-and loathed him.
Том не был самым примерным мальчиком в городе, зато очень хорошо знал самого примерного мальчика – и терпеть его не мог.

Within two minutes, or even less, he had forgotten all his troubles.
Через две минуты, и даже меньше, он забыл все свои несчастия.

Not because his troubles were one whit less heavy and bitter to him than a man's are to a man, but because a new and powerful interest bore them down and drove them out of his mind for the time –
Не потому, что эти несчастия были не так тяжелы и горьки, как несчастия взрослого человека, но потому, что новый, более сильный интерес вытеснил их и изгнал на время из его души, –

just as men's misfortunes are forgotten in the excitement of new enterprises.
совершенно так же, как взрослые забывают в волнении свое горе, начиная какое нибудь новое дело.

This new interest was a valued novelty in whistling, which he had just acquired from a negro, and he was suffering to practise it undisturbed.
Такой новинкой была особенная манера свистеть, которую он только что перенял у одного негра, и теперь ему хотелось поупражняться в этом искусстве без помехи.

It consisted in a peculiar bird-like turn, a sort of liquid warble,
Это была совсем особенная птичья трель – нечто вроде заливистого щебета;

produced by touching the tongue to the roof of the mouth at short intervals in the midst of the music –
и для того чтобы она получилась, надо было то и дело дотрагиваться до неба языком, –

the reader probably remembers how to do it, if he has ever been a boy.
читатель, верно, помнит, как это делается, если был когда нибудь мальчишкой.

Diligence and attention soon gave him the knack of it, and he strode down the street with his mouth full of harmony and his soul full of gratitude.
Приложив к делу старание и терпение, Том скоро приобрел необходимую сноровку и зашагал по улице еще быстрей, – на устах его звучала музыка, а душа преисполнилась благодарности.

He felt much as an astronomer feels who has discovered a new planet –
Он чувствовал себя, как астроном, открывший новую планету, –

no doubt, as far as strong, deep, unalloyed pleasure is concerned, the advantage was with the boy, not the astronomer.
и, без сомнения, если говорить о сильной, глубокой, ничем не омраченной радости, все преимущества были на стороне мальчика, а не астронома.

The summer evenings were long. It was not dark, yet.
Летние вечера тянутся долго. Было еще совсем светло.

Presently Tom checked his whistle. A stranger was before him-a boy a shade larger than himself.
Вдруг Том перестал свистеть. Перед ним стоял незнакомый мальчик чуть побольше его самого.

A new-comer of any age or either sex was an impressive curiosity in the poor little shabby village of St. Petersburg.
Приезжий любого возраста и пола был редкостью в захудалом маленьком городишке Санкт-Петербурге.

This boy was well dressed, too-well dressed on a week-day.
А этот мальчишка был еще и хорошо одет – подумать только, хорошо одет в будний день!

This was simply astounding. His cap was a dainty thing, his closebuttoned blue cloth roundabout was new and natty, and so were his pantaloons.
Просто удивительно. На нем были совсем новая франтовская шляпа и нарядная суконная куртка, застегнутая на все пуговицы, и такие же новые штаны.

He had shoes on-and it was only Friday.
Он был в башмаках – это в пятницу то!

He even wore a necktie, a bright bit of ribbon.
Даже галстук у него имелся – из какой то пестрой ленты.

He had a citified air about him that ate into Tom's vitals.
Да и вообще вид у него был столичный, чего Том никак не мог стерпеть.

The more Tom stared at the splendid marvel, the higher he turned up his nose at his finery and the shabbier and shabbier his own outfit seemed to him to grow.
Чем дольше Том смотрел на это блистающее чудо, тем выше он задирал нос перед франтом чужаком и тем более жалким казался ему его собственный костюм.

Neither boy spoke. If one moved, the other moved-but only sidewise, in a circle;
Оба мальчика молчали. Если двигался один, то двигался и другой – но только боком, по кругу;

they kept face to face and eye to eye all the time.
они все время стояли лицом к лицу, не сводя глаз друг с друга,

Finally Tom said: "I can lick you!"
Наконец Том сказал: – Хочешь, поколочу?

"I'd like to see you try it."
– А ну, попробуй! Где тебе!

"Well, I can do it."
– Сказал, что поколочу, значит, могу.

"No you can't, either."
– А вот и не можешь.

"Yes I can." – Могу. "No you can't." – Не можешь!

"I can." – Могу. "You can't." – Не можешь!

"Can!" – Могу. "Can't!" – Не можешь!

An uncomfortable pause. Then Tom said:
– Тягостное молчание. После чего Том начал:

"What's your name?" – Как тебя зовут? " "Tisn't any of your business, maybe." – Не твое дело.

"Well I 'low I'll make it my business." – Захочу, так будет мое.

"Well why don't you?"
– Ну так чего ж не дерешься?

"If you say much, I will."
– Поговори еще у меня, получишь.

"Much-much-much. There now."
– И поговорю, и поговорю – вот тебе.

"Oh, you think you're mighty smart, Don't you?
Подумаешь, какой выискался!

I could lick you with one hand tied behind me, if I wanted to."
Да я захочу, так одной левой тебя побью.

"Well why don't you do it? You say you can do it."
– Ну так чего ж не бьешь? Только разговариваешь.

"Well I will, if you fool with me."
– Будешь дурака валять – и побью.

"Oh yes – I've seen whole families in the same fix."
– Ну да – видали мы таких.

"Smarty! You think you're some, now, Don't you? Oh, what a hat!"
Ишь вырядился! Подумаешь, какой важный! Еще и в шляпе!

"You can lump that hat if you don't like it. I dare you to knock it off – and anybody that'll take a dare will suck eggs."
Возьми да сбей, если не нравится. Попробуй сбей – тогда узнаешь.

"You're a liar!" – Врешь! "You're another." – Сам врешь!

"You're a fighting liar and dasn't take it up."
– Где уж тебе драться, не посмеешь.

"Aw-take a walk!"
– Пошел к черту!

"Say-if you give me much more of your sass I'll take and bounce a rock off'n your head."
Поговори еще у меня, я тебе голову кирпичом проломлю!

"Oh, of course you will." – Как же, так и проломил! "Well I will." – И проломлю.

"Well why don't you do it then? What do you keep saying you will for?
А сам стоишь? Разговаривать только мастер.

Why don't you do it? It's because you're afraid."
Чего же не дерешься? Боишься, значит?

"I ain't afraid." – Нет, не боюсь. "You are." – Боишься!

"I ain't." – Нет, не боюсь. "You are." – Боишься!

Another pause, and more eying and sidling around each other. Presently they were shoulder to shoulder.
Опять молчание, опять оба начинают наступать боком, косясь друг на друга. Наконец сошлись плечо к плечу.

Tom said: "Get away from here!" "Go away yourself!" – Сам убирайся!

"I won't." – Не хочу. "I won't either." – И я не хочу.

So they stood, each with a foot placed at an angle as a brace, and both shoving with might and main, and glowering at each other with hate.
Каждый стоял, выставив ногу вперед, как опору, толкаясь изо всех сил и с ненавистью глядя на соперника.

But neither could get an advantage.
Однако ни тот, ни другой не мог одолеть.

After struggling till both were hot and flushed, each relaxed his strain with watchful caution, and Tom said:
Наконец, разгоряченные борьбой и раскрасневшиеся, они осторожно отступили друг от друга, и Том сказал:

"You're a coward and a pup.
Ты трус и щенок.

I'll tell my big brother on you, and he can thrash you with his little finger, and I'll make him do it, too."
Вот скажу моему старшему брату, чтоб он тебе задал как следует, так он тебя одним мизинцем поборет.

"What do I care for your big brother? I've got a brother that's bigger than he is-and what's more, he can throw him over that fence, too."
А мне наплевать на твоего старшего брата! У меня тоже есть брат, еще постарше. Возьмет да как перебросит твоего через забор!

[Both brothers were imaginary.]
(Оба брата – чистейшая выдумка.)

"That's a lie." – Все враки. "Your saying so don't make it so." – Ничего не враки, мало ли что ты скажешь.

Tom drew a line in the dust with his big toe, and said:
– Большим пальцем ноги Том провел в пыли черту и сказал:

"I dare you to step over that, and I'll lick you till you can't stand up. Anybody that'll take a dare will steal sheep."
Только перешагни эту черту, я тебя как отлуплю, что своих не узнаешь. Попробуй только, не обрадуешься.

The new boy stepped over promptly, and said: "Now you said you'd do it, now let's see you do it."
Новый мальчик быстро перешагнул черту и сказал: Ну-ка попробуй тронь!

"Don't you crowd me now; you better look out."
– Ты не толкайся, а то как дам!

"Well, you said you'd do it-why don't you do it?"
– Ну, погляжу я, как ты мне дашь! Чего же не дерешься?

"By jingo! for two cents I will do it."
– Давай два цента, отлуплю.

The new boy took two broad coppers out of his pocket and held them out with derision.
Новый мальчик достал из кармана два больших медяка и насмешливо протянул Тому.

Tom struck them to the ground. In an instant both boys were rolling and tumbling in the dirt, gripped together like cats;
Том ударил его по руке, и медяки полетели на землю. В тот же миг оба мальчика покатились в грязь, сцепившись по кошачьи.

and for the space of a minute they tugged and tore at each other's hair and clothes, punched and scratched each other's nose, and covered themselves with dust and glory.
Они таскали и рвали друг друга на волосы и за одежду, царапали носы, угощали один другого тумаками – и покрыли себя пылью и славой.

Presently the confusion took form, and through the fog of battle Tom appeared, seated astride the new boy, and pounding him with his fists.
Скоро неразбериха прояснилась, и сквозь дым сражения стало видно, что Том оседлал нового мальчика и молотит его кулаками.

"Holler 'nuff!" said he.
Проси пощады! – сказал он.

The boy only struggled to free himself.
Мальчик только забарахтался, пытаясь высвободиться.

He was crying-mainly from rage.
Он плакал больше от злости.

"Holler 'nuff!" – and the pounding went on.
– Проси пощады! – И кулаки заработали снова.

At last the stranger got out a smothered "Nuff!" and Tom let him up and said:
В конце концов чужак сдавленным голосом запросил пощады, и Том выпустил его, сказав:

"Now that'll learn you. Better look out who you're fooling with next time."
Это тебе наука. В другой раз гляди, с кем связываешься.

The new boy went off brushing the dust from his clothes, sobbing, snuffling, and occasionally looking back and shaking his head and threatening what he would do to Tom the "next time he caught him out."
Франт побрел прочь, отряхивая пыль с костюмчика, всхлипывая, сопя и обещая задать Тому как следует, "когда поймает его еще раз".

To which Tom responded with jeers, and started off in high feather,
Том посмеялся над ним и направился домой в самом превосходном настроении,

and as soon as his back was turned the new boy snatched up a stone, threw it and hit him between the shoulders and then turned tail and ran like an antelope.
но как только Том повернул к нему спину, чужак схватил камень и бросил в него, угодив ему между лопаток, а потом пустился наутек, скача, как антилопа.

Tom chased the traitor home, and thus found out where he lived. He then held a position at the gate for some time, daring the enemy to come outside, but the enemy only made faces at him through the window and declined.
Том гнался за ним до самого дома и узнал, где он живет. Некоторое время он сторожил у калитки, вызывая неприятеля на улицу, но тот только строил ему рожи из окна, отклоняя вызов.

At last the enemy's mother appeared, and called Tom a bad, vicious, vulgar child, and ordered him away. So he went away; but he said he "lowed" to "lay" for that boy.
Наконец появилась мамаша неприятеля, обозвала Тома скверным, грубым невоспитанным мальчишкой и велела ему убираться прочь. И он убрался, предупредив, чтоб ее сынок больше ему не попадался.

He got home pretty late that night, and when he climbed cautiously in at the window, he uncovered an ambuscade, in the person of his aunt;
Он вернулся домой очень поздно и, осторожно влезая в окно, обнаружил засаду в лице тети Полли;

and when she saw the state his clothes were in her resolution to turn his Saturday holiday into captivity at hard labor became adamantine in its firmness.
а когда она увидела, в каком состоянии его костюм, то ее решимость заменить ему субботний отдых каторжной работой стала тверже гранита.


назад