The Brothers Grimm "The Brave Little Tailor" / Братья Гримм "Храбрый портняжка" – часть 1






One summer's day a little tailor sat on his table by the window in the best of spirits, and sewed for dear life.
Жарким летним днем сидел один портняжка, скрестив ноги, на своем столе у окошка; он был в очень хорошем настроении и работал иглою что было мочи.

As he was sitting thus a peasant woman came down the street, calling out: "Good jam to sell, good jam to sell."
А тут как раз случилось, что шла баба по улице и выкрикивала: "Сливовое варенье, сливовое варенье!"

This sounded sweetly in the tailor's ears; he put his frail little head out of the window, and shouted: "up here, my good woman, and you'll find a willing customer."
Этот крик портняге очень по нутру пришелся; он выставил свою головенку в окошко и тоже крикнул: "Сюда ступай, тетка! Тут есть на твой товар покупатель".

The woman climbed up the three flights of stairs with her heavy basket to the tailor's room, and he made her spread out all the pots in a row before him.
Поднялась баба на три лестницы со своим тяжелым коробом к портняжке в каморку и должна была перед ним все горшки с вареньем выставить.

He examined them all, lifted them up and smelled them, and said at last: "This jam seems good, weigh me four ounces of it, my good woman; and even if it's a quarter of a pound I won't stick at it."
Он их все осмотрел и все понюхал, и сказал наконец: "Кажись, хороша штука! А ну-ка, тетка, отвесь мне этого добра лота с четыре, а то, пожалуй, и всю четверть фунта".

The woman, who had hoped to find a good market, gave him what he wanted, but went away grumbling wrathfully.
Торговка, которая, судя по его зазыву, надеялась порядочно сбыть ему своего товара, отвесила ему потребное количество, однако же вышла от него очень недовольная и с ворчанием.

"Now heaven shall bless this jam for my use," cried the little tailor, "and it shall sustain and strengthen me."
"Ну, вот теперь мы это съедим во славу Божию, – весело воскликнул портняжка, – а как съедим, так и силы подкрепим".

He fetched some bread out of a cupboard, cut a round off the loaf, and spread the jam on it.
Затем достал хлеб из шкафа, откроил себе ломоть во весь каравай и намазал варенье на ломоть.

"That won't taste amiss," he said; "but I'll finish that waistcoat first before I take a bite."
"Это будет на вкус недурно, – сказал он, – да вот я только дошью сначала жилет, а потом уж и примусь за ломоть".

He placed the bread beside him, went on sewing, and out of the lightness of his heart kept on making his stitches bigger and bigger.
Положил он лакомый кусок поближе к себе, стал опять шить, но, желая поскорее шитье окончить, спешил и делал стежки все больше и больше.

In the meantime the smell of the sweet jam rose to the ceiling, where heaps of flies were sitting, and attracted them to such an extent that they swarmed on to it in masses.
А между тем запах лакомого куска почуяли мухи, которых великое множество сидело по стенам; запах их приманил, и они слетелись на кусок туча-тучей.

"Ha! who invited you?" said the tailor, and chased the unwelcome guests away. But the flies, who didn't understand English, refused to let themselves be warned off, and returned again in even greater numbers.
"Эге! Вас-то кто сюда звал?" – сказал портняжка, и стал отгонять непрошеных гостей. Но мухи его языка не понимали и уговоров не слушали, и слетались к куску отовсюду.

At last the little tailor, losing all patience, reached out of his chimney corner for a duster, and exclaiming: "Wait, and I'll give it to you," he beat them mercilessly with it.
Тут уж портняжка не вытерпел, ухватил он тряпицу, насторожился: вот я, мол, ужо задам вам, да как хватит тряпицей по насевшим мухам!

When he left off he counted the slain, and no fewer than seven lay dead before him with outstretched legs.
Посмотрел, сосчитал и видит – семь мух насмерть убил: тут же и ноги протянули, сердешные.

"What a desperate fellow I am!" said he, and was filled with admiration at his own courage.
"Вот каков я храбрец! – сказал он и сам подивился своей удаче. – Об этом весь город должен узнать!"

"The whole town must know about this"; and in great haste the little tailor cut out a girdle, hemmed it, and embroidered on it in big letters, "Seven at a blow."
И тут же выкроил он себе широкий пояс, сшил его и на нем большими буквами вышил: "Единым махом семерых побивахом!"

"What did I say, the town? no, the whole world shall hear of it," he said; and his heart beat for joy as a lamb wags his tail.
"Да что мне город! Пусть весь свет о моем подвиге знает!" – сказал себе портняжка, и сердце забилось в нем от гордого сознания собственного мужества.

The tailor strapped the girdle round his waist and set out into the wide world, for he considered his workroom too small a field for his prowess.
И вот портной опоясался своим поясом и задумал пуститься по белу свету, потому что его мастерская показалась ему уж слишком тесною для его удали.

Before he set forth he looked round about him, to see if there was anything in the house he could take with him on his journey;
Но прежде чем пуститься странствовать, стал он шарить по всему дому, не найдется ли там чего-нибудь такого, что он мог бы взять с собою в дорогу;

but he found nothing except an old cheese, which he took possession of.
однако же ничего не нашел, кроме творожного сыра, который и сунул на всякий случай в карман.

In front of the house he observed a bird that had been caught in some bushes, and this he put into his wallet beside the cheese.
Около ворот увидел он птицу, запутавшуюся в кустарнике, и ту сунул в карман.

Then he went on his way merrily, and being light and agile he never felt tired.
А затем пустился в путь-дорогу и, так как был проворен и на ногу легок, то и не чувствовал никакой усталости от ходьбы.

His way led up a hill, on the top of which sat a powerful giant, who was calmly surveying the landscape.
Дорога привела его на гору, и когда он достиг ее вершины, то увидел там великана: сидит на дороге, кругом посматривает.

The little tailor went up to him, and greeting him cheerfully said: "Good-day, friend; there you sit at your ease viewing the whole wide world.
Портняжка прямо к нему подошел, заговорил с ним и сказал: "Здорово, товарищ! Что это ты тут сидишь, на белый свет посматриваешь?

I'm just on my way there. What do you say to accompanying me?"
Вот я задумал по свету постранствовать, счастья попытать; так не хочешь ли ты со мною в товарищах идти?"

The giant looked contemptuously at the tailor, and said: "What a poor wretched little creature you are!" "That's a good joke," answered the little tailor, and unbuttoning his coat he showed the giant the girdle.
Великан презрительно посмотрел на портного и проговорил: "Ах ты, дрянь! Жалкая тварь!" – "А! Вот как! – ответил ему портняжка да и расстегнул верхнее платье, и показал великану свой пояс:

"There now, you can read what sort of a fellow I am."
– Ну-ка, прочти, каков я человек!"

The giant read: "Seven at a blow"; and thinking they were human beings the tailor had slain, he conceived a certain respect for the little man.
Великан прочел: "Единым махом семерых побивахом!" – подумал, что портной сразу может побить семь человек и проникся некоторым уважением к этому малышу.

But first he thought he'd test him, so taking up a stone in his hand, he squeezed it till some drops of water ran out.
Однако же он захотел его испытать; взял в руки камень да так стиснул, что из камня вода потекла.

"Now you do the same," said the giant, "if you really wish to be thought strong."
"А ну-ка, попробуй это сделать, коли ты силен!" – сказал великан.

"Is that all?" said the little tailor; "that's child's play to me,"
"Только и всего? – сказал портной. – Помилуй, да это у нас пустяками считается!"

so he dived into his wallet, brought out the cheese, and pressed it till the whey ran out.
Выхватил из кармана творожный сыр и стиснул его вместе с камнем так, что сок на землю закапал.

"My squeeze was in sooth better than yours," said he.
"Что? Небось это почище твоего будет?"

The giant didn't know what to say, for he couldn't have believed it of the little fellow.
Великан и сам не знал, что ему сказать, и поверить не мог, что этот человечишка обладал такою силою.

To prove him again, the giant lifted a stone and threw it so high that the eye could hardly follow it.
И вот поднял великан с земли камень и швырнул его вверх с такою силою, что его едва видно стало, и сказал:

"Now, my little pigmy, let me see you do that." "Well thrown," said the tailor; "but, after all, your stone fell to the ground; I'll throw one that won't come down at all."
"Ну-ка, ты, малявка, подкинь-ка так!" – "Недурно брошено, – сказал портной, – однако же твой камень все же на землю пал; а вот я тебе брошу камень так, что он никогда больше на землю не падет!"

He dived into his wallet again, and grasping the bird in his hand, he threw it up into the air.
Сунул руку в карман, выхватил оттуда птицу и швырнул ее в воздух.

The bird, enchanted to be free, soared up into the sky, and flew away never to return.
Птица, радешенька, что на свободу вырвалась, взвилась высоко-высоко и не вернулась более.

Well, what do you think of that little piece of business, friend?" asked the tailor."
"Что? Каково, товарищ?" – спросил портной.

"You can certainly throw," said the giant; "but now let's see if you can carry a proper weight."
"Бросаешь ты недурно, – промолвил великан, – а вот посмотрим, можешь ли ты снести порядочную тяжесть?"

With these words he led the tailor to a huge oak tree which had been felled to the ground, and said:
Он подвел портняжку к мощному дубу, который был срублен и лежал на земле, и сказал:

"If you are strong enough, help me to carry the tree out of the wood."
"Коли ты силен, так помоги мне вытащить это дерево из леса".

"Most certainly," said the little tailor: "just you take the trunk on your shoulder; I'll bear the top and branches, which is certainly the heaviest part."
– "Изволь, – сказал портной, – только ты ствол-то на плечи себе взвали, а я понесу на себе сучья и ветви – ведь это, чай, потяжелее ствола будет".

The giant laid the trunk on his shoulder, but the tailor sat at his ease among the branches; and the giant, who couldn't see what was going on behind him, had to carry the whole tree, and the little tailor into the bargain.
Великан взвалил себе ствол дуба на плечи, а портной сел верхом на одну из ветвей, и великану, который никак не мог оглянуться назад, пришлось тащить на себе все дерево да сверх того еще и портного...

There he sat behind in the best of spirits, lustily whistling a tune, as if carrying the tree were mere sport.
А портной ехал себе на ветке, насвистывая веселую песенку: "Вот как шли наши ребята да направо из ворот", – стараясь этим выказать, что ему эта ноша – сущие пустяки.

The giant, after dragging the heavy weight for some time, could get on no further, and shouted out: "Hi! I must let the tree fall."
Великан, протащил страшную тяжесть на порядочное расстояние, выбился из сил и сказал: "Слышь, я сейчас дерево сброшу!"

The tailor sprang nimbly down, seized the tree with both hands as if he had carried it the whole way and said to the giant: "Fancy a big lout like you not being able to carry a tree!"
Портной тотчас спрыгнул с ветки, ухватился за дерево обеими руками, словно бы нес его, и сказал великану: "Дивлюсь я на тебя! Ты такой верзила, а не можешь этакого дерева снести!"

They continued to go on their way together, and as they passed by a cherry tree the giant grasped the top of it, where the ripest fruit hung, gave the branches into the tailor's hand, and bade him eat.
Пошли они и дальше, дошли до вишневого дерева; великан ухватил его за вершину, около которой были самые зрелые ягоды, нагнул, дал портному подержать ее в руках и стал угощать его ягодами.

Пер. под ред. П. Н. Полевого


назад