G. K. Chesterton "The Glory Of Grey" / Г. К. Честертон "Сияние серого цвета"


I suppose that, taking this summer as a whole, people will not call it an appropriate time for praising the English climate.
Вероятно, многие сочтут, что нынешнее лето не слишком подходит для прославления английского климата.

But for my part I will praise the English climate till I die – even if I die of the English climate.
Но я буду славить английский климат до самой смерти, даже если умру от него.

There is no weather so good as English weather.
Нет на свете погоды лучше английской.

Nay, in a real sense there is no weather at all anywhere but in England.
В сущности нигде, кроме Англии, вообще нет погоды.

In France you have much sun and some rain; in Italy you have hot winds and cold winds; in Scotland and Ireland you have rain, either thick or thin; in America you have hells of heat and cold, and in the Tropics you have sunstrokes varied by thunderbolts.
Во Франции – много солнца и немного дождя; в Италии – жаркий ветер и ветер холодный; в Шотландии или Ирландии – дождь погуще и дождь пожиже; в Америке – адская жара и адский холод; в тропиках – солнечные удары и для разнообразия удары молний.

But all these you have on a broad and brutal scale, and you settle down into contentment or despair.
Все сильно, все резко, все – вызывает восторг или отчаяние.

Only in our own romantic country do you have the strictly romantic thing called Weather; beautiful and changing as a woman.
И только в нашей романтической стране есть поистине романтическая вещь – погода, изменчивая и прелестная, как женщина.

The great English landscape painters (neglected now like everything that is English) have this salient distinction:
Славные английские пейзажисты (презираемые в наш век, как и все английское) знали, в чем тут разница.

that the Weather is not the atmosphere of their pictures; it is the subject of their pictures.
Погода была для них не фоном, не атмосферой, а сюжетом.

They paint portraits of the Weather. The Weather sat to Constable. The Weather posed for Turner, and a deuce of a pose it was. This cannot truly be said of the greatest of their continental models or rivals.
Они писали погоду. Погода позировала Констеблю. Погода позировала Тернеру, и зверская, надо сказать, была у нее поза.

Poussin and Claude painted objects, ancient cities or perfect Arcadian shepherds through a clear medium of the climate.
Пуссен и Лоррен писали предметы – древние города или аркадских пастушков в прозрачной среде климата.

But in the English painters Weather is the hero; with Turner an Adelphi hero, taunting, flashing and fighting, melodramatic but really magnificent.
Но у англичан погода – героиня, у Тернера – героиня мелодрамы, упрямая, страстная, сильная, поистине великолепная.

The English climate, a tall and terrible protagonist, robed in rain and thunder and snow and sunlight, fills the whole canvas and the whole foreground.
Климат Англии – могучий и грозный герой в одеждах дождя и снега, грозы и солнца – заполняет и первый, и второй, и третий план картины.

I admit the superiority of many other French things besides French art.
Я признаю, что во Франции многое лучше, чем у нас, не только живопись.

But I will not yield an inch on the superiority of English weather and weather-painting.
Но я гроша не дам за французскую погоду и погодопись

Why, the French have not even got a word for Weather: and you must ask for the weather in French as if you were asking for the time in English.
– да у французов и слова нет для погоды. Они спрашивают о ней так же, как мы спрашиваем о времени.

Then, again, variety of climate should always go with stability of abode. The weather in the desert is monotonous; and as a natural consequence the Arabs wander about, hoping it may be different somewhere.
Чем изменчивей климат, тем устойчивей дом. В пустыне погода однообразна, и арабы кочуют в надежде, что хоть где-нибудь она другая.

But an Englishman's house is not only his castle; it is his fairy castle.
Но дом англичанина не только крепость: это волшебный замок.

Clouds and colours of every varied dawn and eve are perpetually touching and turning it from clay to gold, or from gold to ivory.
В лучах и облаках рассвета или заката он то глиняный, то золотой, то слоновой кости.

There is a line of woodland beyond a corner of my garden which is literally different on every one of the three hundred and sixty-five days.
Из моего сада виден лес на горизонте, и в полном смысле слова он меняется триста шестьдесят пять ней в году.

Sometimes it seems as near as a hedge, and sometimes as far as a faint and fiery evening cloud.
Иногда он близок, как изгородь, иногда – необычайно далеко, словно невесомые и огненные вечерние облака.

The same principle (by the way) applies to the difficult problem of wives. Variability is one of the virtues of a woman.
Кстати, тот же принцип можно применить к нелегкой проблеме брака. Изменчивость – одна из добродетелей женщины.

It avoids the crude requirement of polygamy. So long as you have one good wife you are sure to have a spiritual harem.
Она помогает нам избежать грубых соблазнов многоженства. Если у вас хорошая жена, вы в духовном смысле обеспечены гаремом.

Now, among the heresies that are spoken in this matter is the habit of calling a grey day a "colourless" day.
Люди, не разбирающиеся в погоде, называют серый день бесцветным.

Grey is a colour, and can be a very powerful and pleasing colour.
Это не так. Серое – это цвет, иногда очень густой и красивый.

There is also an insulting style of speech about "one grey day just like another".
Очень обидно слышать про "серые, одинаковые дни".

You might as well talk about one green tree just like another.
С таким же правом можно сказать "зеленые, одинаковые деревья".

A grey clouded sky is indeed a canopy between us and the sun; so is a green tree, if it comes to that.
Конечно, серое небо – шатер между нами и солнцем; честно говоря, такой же шатер и дерево.

But the grey umbrellas differ as much as the green in their style and shape, in their tint and tilt.
Но серые зонтики различаются и цветом, и плотностью не меньше, чем зеленые.

One day may be grey like steel, and another grey like dove's plumage.
Один день серый, как сталь, другой – как голубиное крыло;

One may seem grey like the deathly frost, and another grey like the smoke of substantial kitchens.
один напоминает о морозе, другой – о сытном дыме из кухонной трубы.

No things could seem further apart than the doubt of grey and the decision of scarlet.
Что может быть дальше друг от друга, чем неуверенность серого и решительность красного?

Yet grey and red can mingle, as they do in the morning clouds: and also in a sort of warm smoky stone of which they build the little towns in the west country.
Однако серое и красное могут смешаться – на утреннем небе, например, или в теплом дымчатом камне, из которого в западных графствах строят маленькие города.

In those towns even the houses that are wholly grey have a glow in them; as if their secret firesides were such furnaces of hospitality as faintly to transfuse the walls like walls of cloud.
В тех краях даже самые серые дома – розоватые, словно в их печках так много тепла и радости, что они светятся изнутри, как облако.

And wandering in those westland parts I did once really find a sign-post pointing up a steep crooked path to a town that was called Clouds.
Странствуя там, я забрел на извилистую дорогу и увидел дорожный столб с надписью "Облака".

I did not climb up to it; I feared that either the town would not be good enough for the name, or I should not be good enough for the town.
Я не пошел по ней: я испугался, что городок недостоин названия или я недостоин городка.

Anyhow, the little hamlets of the warm grey stone have a geniality which is not achieved by all the artistic scarlet of the suburbs;
Но как бы там ни было, в маленьких селениях из тепло-серого камня есть очарование, которого никогда не добиться изысканным красным тоном аристократических предместий.

as if it were better to warm one's hands at the ashes of Glastonbury than at the painted flames of Croydon.
Рукам теплее у пепла Глэстонбери, чем у искусственного пламени Кройдона.

Again, the enemies of grey (those astute, daring and evil-minded men) are fond of bringing forward the argument that colours suffer in grey weather, and that strong sunlight is necessary to all the hues of heaven and earth.
Враги серого (эти коварные, наглые, испорченные люди) очень любят еще один довод. Они говорят, что в серую погоду все блекнет и только в сиянии солнца оживают краски неба и земли.

Here again there are two words to be said; and it is essential to distinguish. It is true that sun is needed to burnish and bring into bloom the tertiary and dubious colours; the colour of peat, pea-soup, Impressionist sketches, brown velvet coats, olives, grey and blue slates, the complexions of vegetarians, the tints of volcanic rock, chocolate, cocoa, mud, soot, slime, old boots; the delicate shades of these do need the sunlight to bring out the faint beauty that often clings to them.
Действительно, только на солнце предстают во всей прелести предметы третьестепенных, сомнительных цветов: торф, гороховый суп, эскиз импрессиониста, бархатная куртка, шоколад, какао, маслины, сланец, лицо вегетарианца, пемза, грязь, тина, копоть, старые ботинки.

But if you have a healthy negro taste in colour, if you choke your garden with poppies and geraniums, if you paint your house sky-blue and scarlet, if you wear, let us say, a golden top-hat and a crimson frock-coat, you will not only be visible on the greyest day, but you will notice that your costume and environment produce a certain singular effect.
Но если у вас здоровый негритянский вкус, если вы засадили садик геранью и маками, расписали дом синькой и киноварью, если вы, допустим, носите алый фрак и золотую шляпу, вы не только будете видны в серейший из серых дней – вы заметите, что именно в такой день ваши любимые краски особенно хороши.

You will find, I mean, that rich colours actually look more luminous on a grey day, because they are seen against a sombre background and seem to be burning with a lustre of their own. Against a dark sky all flowers look like fireworks. There is something strange about them, at once vivid and secret, like flowers traced in fire in the phantasmal garden of a witch.
Вы поймете, что они еще ярче в пасмурный день, потому что на сером фоне светятся собственным светом. На сером небе все цветы – фейерверк; они причудливы, как рисунок огнем в призрачном садике ведьмы.

A bright blue sky is necessarily the high light of the picture; and its brightness kills all the bright blue flowers. But on a grey day the larkspur looks like fallen heaven; the red daisies are really the red lost eyes of day; and the sunflower is the vice-regent of the sun.
Ярко-синий фон убивает синие цветы. А в серый день незабудка – осколок неба, анютины глазки – открытые глаза дня, подсолнечник – наместник солнца.

Lastly, there is this value about the colour that men call colourless; that it suggests in some way the mixed and troubled average of existence, especially in its quality of strife and expectation and promise.
Тем и прекрасен цвет, который называют бесцветным. Он сложен и переменчив, как обыденная жизнь, и так же много в нем обещания и надежды.

Grey is a colour that always seems on the eve of changing to some other colour; of brightening into blue or blanching into white or bursting into green and gold. So we may be perpetually reminded of the indefinite hope that is in doubt itself; and when there is grey weather in our hills or grey hairs in our heads, perhaps they may still remind us of the morning.
Всегда кажется, что серый цвет вот-вот перейдет в другой – разгорится синим, просветлеет белым, вспыхнет зеленью или золотом. Неопределенно, неуверенно, он что-то сулит нам. И когда над нашими холмами – серое небо, а на наших висках – седые волосы, мы должны об этом помнить.



назад